Профсоюзный санаторий Черёха – один из трех самых известных санаториев Псковской области, который существует с 1969 года. В советское еще время, чтобы персонал не ездил ежедневно на работу и не занимал рабочие корпуса, были построены несколько домов для работников. Схема простая: пока работаешь – живешь. По закону, после 20 лет работы квартира должна была перейти в собственность сотрудника, и действовало это правило по всей территории России. Но в Черёхе дало сбой.

Дорогие граждане и уважаемые плебеи

В СССР все было государственным, и профсоюзы были государственными, а потом одномоментно стали частными. И не просто так — кусок был солидный: под профсоюзной эгидой по всей стране были раскиданы базы и дома отдыха, санатории и курорты, жилые дома, гостиницы, магазины и точки общепита. Миллиардная индустрия, рассчитанная на улучшение жизни рабочего класса. В 90-е, когда пошел передел собственности, «профсоюзно-государственное» неизбежно стало «профсоюзно-частным». Так, из районного подчинения ушел и сам санаторий Черёха, и дома, к нему приписанные. И хозяином стали в 1/3 Независимая федерация профсоюзов, в 2/3 – Псковский областной совет профсоюзов.

Приватизация санатория и квартир прошла, что называется «тихой сапой»: жильцов никто в известность не ставил, в 2006 году дело просто провернули «по-тихому», понимая – народ против, и собственность будет потеряна. Хотя сейчас собственник пишет:

«Псковоблсовпроф отрицает утверждение Каменской С.В. о том, что никаких договоров жильцы не подписывали, сообщая в свою очередь, что в период с 1994 г. по 2005 г. между ЛПУ «Санаторий «Череха» и гражданами, проживающими в этих домах, были заключены договоры найма жилого помещения, с указанием сроков этих договоров «бессрочно».

Одна незадача – квартир приобрели вместе с людьми, как в старину приобретали крепостных деревнями. В домах по-прежнему живут люди, проработавшие в санатории от 20 до 45 лет, с детьми и внуками. И живут они в квартирах, на которые еще в советское время получили вместе с ордерами и договор на бессрочную аренду жилья.

Часть из них смогла оформить приватизацию, и теперь профсоюзам на эти квартиры остается только смотреть издалека: они им уже не принадлежат.

Зато остальные 15 квартир – лакомый кусочек ценой примерно в 30 миллионов. В этих квартирах, в домах 1 и 2 по улице Санаторной, с 1971 года, разве что полы мрамором не устланы: жильцы сами делают капремонты, в квартирах есть все, от современной сантехники до подвесных потолков. Вселяйся – и живи. Только прежних жильцов надо как-то убрать.

— Кто был поближе к верхушке профсоюза, — рассказывает Вера Петрова, одна из жительниц спорных квартир, — тот сумел приватизировать свое жилье. Остальным почему-то отказали.

 

— Около 20 лет мы пытаемся приватизировать свои квартиры по ордеру, — поддерживает ее Светлана Каменская. — Сюда вписаны мама, папа, которых нет, на данный момент в живых, и я. Но по этому ордеру я права на эту квартиру на сегодняшний день, как оказывается, не имею. По сути, я остаюсь без жилья, хотя в этой квартире прожила всю свою жизнь.

В этом месяце жильцов уведомили о выселении. Не пригрозили, а прямо поставили перед фактом: собирайте чемоданы и уходите. И произошло это так…

За что купили

Директор санатория «Черёха» Ольга Бадаш направил жильцам документ, являющийся образцом чиновничьей логики: письмо от 10 сентября за № 163, которое называется вполне безобидно «Об установке/проверке приборов учета коммунальных услуг». Видимо, в надежде, что мутное крючкотворство конца никто не дочитает, в письмо, вопреки всем правилам делопроизводства, внесли еще три важных пункта, не связанных с заявленной темой. Которые мы изложили простым, не юридическим языком. Для тех, кто желает прочесть оригинальную формулировку, мы прилагаем фотографии «письма №163» — надеемся, не сильно отошли в трактовке от смысла:

— бессрочные договора аренды, выданные еще в СССР, отменяются, теперь срок составляет 5 лет;

— устанавливается арендная плата для тех, кто не работает в санатории;

— если до 30 ноября новые договора не будут подписаны, жильцов снимут с учета и попросят «покинуть помещения».

1 из 2
1 из 2

Посмотрели мы и договор, который насильно навязывается черёхинцам: не во всяком военном общежитии есть такие правила. И далеко не каждый человек способен настолько сузить рамки своих прав, чтобы такой договор подписать. Судите сами:

— если собственник захочет выселить семью из квартиры, по новому договору он может сделать это в одночасье – просто отказавшись продлевать договор (п. 2.1.4)

— раз в месяц некие представители будут приходить от собственника и проверять, как живут люди в его, собственника, квартирах. И вот так, просто: приходить, совать нос в личную жизнь, тыкаться в туалеты, шкафы, оставлять следы на кухнях и жестко осведомляться, почему в гостиной не трех, а пятирожковая люстра? Если вы думаете, что это фантазии прямиком из романа Платонова, то вот – пункт договора 2.2.1;

— для тех, кто работает в санатории, «сумма за наем Объекта составляет 100 рублей без НДС», гласит пункт 3.1. То есть, 120 рублей жилец должен платить… за месяц? Год? День? Если в день, то это существенно – 3600. Примерно такую же сумму будут платить те, кто в санатории уже не работает, но почему-то «имеет нахальство» (ироничная цитата одного из жильцов домов по ул. Санаторной) жить в профсоюзных квартирах. И неважно, что вся твоя жизнь прошла в работе на «Черёху». Ушел на пенсию – все, льготы закончились;

— но и это еще не все: п. 3.2. гласит, что собственник может изменять размер арендной платы по собственному желанию, ни с кем не согласуя, раз в год — в соответствии с уровнем инфляции. Никаких формул расчета в договоре нет — проверить законность перерасчета нельзя. И никуда не деться, разве что съехать;

— и вишенка на торте: если собственник будет делать ремонт по «аварийной ситуации», жильцы должны будут… возместить половину затрат (п. 2.3.6). Но честно говоря, на первый взгляд дома на Санаторной уже очень близки к аварийному состоянию. Или собственник что-то иное в виду имел? Что такое в его понимании «аварийная ситуация»?

1 из 4
1 из 4

Светлана Каменская комментирует: «Вот такой договор нам хотят навязать. Мы не согласны! Захочет собственник продлить договор — продлит, не захочет — нет. На все воля собственника, а ты живи в страхе и бойся выселения». И это не говоря о том, что жильцов спорных квартир будут контролировать как детсадовцев, и при любом удобном случае «ошкуривать»: за ремонт ли, коммуналку ли, аренду и установку приборов учета, о которых речь шла в начале.

Причина того, что к черёхинцам относятся так, а не иначе, лежит на поверхности.

Чужие тети без вызова — на дом

«И что вы так беспокоитесь из-за этих квартир? Вам что, дети не могут квартиру купить, что ли?» — по словам Нины Чухновой, жительницы Черёхи, именно такими словами встретила ее Ольга Бадаш, директор санатория.

Перед Светланой Каменской та же Ульяна Михайлова, якобы, так вообще скручивала из пальцев фиги – мол, ничего вы не получите, это моя собственность. И по-министерски возмущалась: «А как вы вообще попали ко мне на прием без записи?» И поскольку скрытой камеры, чтобы заснять чиновное безобразие, не было, никаких доказательств, кроме голословных утвержений, нет. Но прошло уже 10 лет, а Светлана Каменская говорит: она все еще помнит этот оскорбительный разговор.

Еще одна участница разбирательств – Вера Героева. «В ее квартире трещина по всей стене. Протекает крыша. Ремонт делает за свой счет», — говорит соседка Веры Героевой. «А директор санатория Бадаш говорит ей на каком, якобы, основании здесь проживаете — убирайтесь вон». Героева получила квартиру вообще не от санатория, а от завода «Стройдеталь», который участвовал в долевом строительстве. Завода теперь нет, а санаторий «Черёха» под шумок и эту квартиру приватизировал – Вере Героевой пришлось дойти до Верховного Суда, но даже и сейчас ничего не ясно: суд не вынес решения в ее пользу.

«Адвокат советует что-то дальше предпринимать. Она говорит, я тогда буду пытаться, напишу договор или отношение, чтобы они все-таки вам дали договор дарения», — говорит Героева.

Заниматься делом черехинцев теперь будет Ольга Кутузова:

— А знаете что, Облсовпроф и Профсоюзы России, ответьте мне на мои вопросы, — обращается к ответчику Ольга Кутузова после встречи с жильцами домов по улице Санаторной.

Почему помещения, в которых жили семьи, которые трудились в ЛПУ «Санаторий Черёха», были переданы в собственность профсоюзам без ведома жильцов? Вы полагаете, эти люди безвольные овощи?
— Почему люди меняют трубы, оконные проемы, счётчики и т.д. за свой счёт? Если вы говорите, что это ваша собственность?
— Почему какая-то «тетя» будет приходить и обследовать жилые помещения, где люди сами делали ремонт, в любое удобное для «тети» время?

И ещё у меня очень много «почему», но, не думаю, что вы, профсоюзы, сможете на них ответить!

Все, что я сегодня увидела, напомнило мне крепостных рабочих на земле барина. Неправильно все это и неприятно. И, да, запрещать регистрировать в этих жилых помещениях детей этих семей вы не имеете права!

Напомним, что шесть лет назад профсоюзы не были так категоричны: Светлана Федорова, заведующая отделом профсоюзного имущества Псковского областного совета профсоюзов, заверяла, что принято решение безвозмездно передать эти квартиры в собственность жильцам. «Никто этих людей жилья не лишит. Препоны законодательного характера тормозят этот процесс, но я искренне надеюсь, что все будет в порядке», — сказала Федорова. В 2018 году ситуация резко поменялась. То ли профсоюзному руководству срочно понадобились деньги, то ли жилплощадь, то ли оно решило поднять свое благосостояние за счет арендной платы.

Кстати, о благосостоянии. Помните слова Ольги Бадаш о том, что дети должны покупать родителям квартиры? Вроде бы, логично. Да вот только у кого-то суп жидкий, а у кого-то – жемчуг мелкий. Некоторые дети могут покупать, а некоторые — нет.

Доходы руководителя областной федерации защитников прав граждан Ульяны Михайловой, к примеру, за 2017 год составили почти 2,4 миллиона – то есть, примерно по 200 тысяч в месяц, у ее мужа – без малого 6 (!) миллионов. В трех квартирах Ульяна Александровна числится как собственник в доле – от ¼ до 1/3. Ее супруг владеет пятью земельными участками, садовым домиком, двумя гаражами, жилым домом и тоже, как собственник, владеет от ¼ до 1/3 трех квартир. И каким-то недостроенным нежилым помещением на 81 квадрат — магазин? Гараж? Амбар?

Два ребенка Ульяны Михайловой – собственники тех же квартир в той же доле. Еще на двух записали квартиры в строящемся доме, судя по форме — по одной на каждого. Дети потому что должны жить в нашей стране хорошо и иметь крышу над головой.

Путем нехитрых манипуляций с калькулятором получаем, что в полной собственности семьи Михайловых находятся пять квартир (?) на шестерых, совокупный семейный доход приблизился к 9 млн. рублей в год. А у черёхинцев, порой, в одной квартире проживает шесть человек.

Процитируем высказывание Ульяны Михайловой в профсоюзной брошюре: «Мы, выполняя свою основную функцию, являемся единственной организацией, способной широкомасштабно и с использованием различных методов, предусмотренных законодательством Российской Федерации, защищать права и интересы членов профсоюзов».

К прекрасной этой фразе у нас нет никаких претензий. Жаль, что нам не удалось найти сведения о доходах Ольги Бадаш, котоаря года чтыре назад подвизалась в должности…. вот так неожиданность! Заведующей отделом маркетинга Псковского облсовпрофа. Мы полагаем, она знает, как сделать так, чтобы и сами люди с легкостью квартиры себе покупали, и родителей обеспечивали. А также поделится этим знанием с черёхинцами, которым оно очень, просто очень нужно, Ольга Александровна!

Невидимая рука профсоюза

В советское время с домами, которые принадлежали государству и управлялись государственным профсоюзом все было понятно: ремонт за счет собственника. Но вот уже 12 лет, с тех пор как чудесным образом сменился собственник, капремонт, ремонт квартир, установка счетчиков, благоустройство двора – все было за счет жильцов. Не подозревавших что они просто берегут чьи-то деньги, а не вкладываются в свое имущество.

Житель дома №1 по улице Санаторной Валерий Румянцев говорит: «Наши дома находятся в плачевном состоянии, одному уже четверть века, другой разменял шестой десяток. Ремонт собственник никакой не делает, кроме как подводку водоснабжения и отопления. Остальное все мы делаем своими руками».

Дома на Санаторной – в ужасном состоянии: облезлые стены в подъездах, батарей нет, обломанная местами, дырявая крыша, потеки на стенах от крыши и почти до земли. Понятно, что стоимость ремонта дома непосильна для жильцов. Мы осведомились, статистики ради, сколько сейчас получает рядовой работник санатория?

Сейчас есть две вакансии – медсестра и официант. Обе – от 11 тысяч 200 рублей, в год получается примерно 150 тысяч. Меньше, чем у профсоюзного босса Псковской области Ульяны Михайловой за месяц. Занятная штука эта арифметика.

Экономит собственник не только на зарплате. В 2009 году руководство санатория «Черёха» решило сделать две важные вещи: отгородить дома от санатория забором, «чтоб не шастали» (цитата из разговора с жителями) и вырубить прожектор, который освещал тропинку в лесу, ведущую к домам на Санаторной. Мол, много электричества жжете, господа. Накладно оно выходит. Не заставило собственника включить фонарь даже то, что 28 августа 2009 года у дома №1 по Санаторной улице в кромешной тьме случилась трагедия: насильник, буквально в двух шагах от дома, убил молодую женщину. Этого могло бы и не быть, если бы дорожка, как и встарь, была ярко освещена.

После убийства сиротой осталась семилетняя девочка, которой в этом году исполнилось уже 16 лет – она тоже попадает в категорию тех, кто останется по решению профсоюзных властей без крыши над головой. И до указанного в уведомлении срока осталось всего три месяца. Выбор прост: кабальный договор или выселение.

В качестве успешного примера решения аналогичной проблемы можно привести Костромскую область, в которой региональной федерацией профсоюзов были разработаны условия и порядок безвозмездной передачи и продажи жилых помещений по льготной цене гражданам, проживающим в многоквартирных домах, являющихся профсоюзным имуществом. Но этот опыт почему-то не используют.

Сожалеем, что по не известной нам причине Ульяна Михайлова, главный интересант «черёхинского дела», избегает разговоров на тему о домах на Санаторной улице. Пришлось записаться на прием — и мы записались. Так что разговор этот состоится все равно.

Фото из частных архивов

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Введите ваше имя